2018-04-02T18:08:13+03:00

Ольга Скепнер: О музыке, профессии и призвании

Сцена, без которой певица, музыкант и организатор знаменитого фестиваля «Jazz в усадьбе Сандецкого» не может жить, стала для нее огромным небом, в котором летают ее душа и сердце
Фото: из личного архива
Изменить размер текста:

Гостиная «КП» снова переехала. На этот раз в самое сердце казанского джаза - в тенистую прохладу старинного особняка, а героиней интервью стала та, без которой этого фестиваля могло и не быть. Знакомьтесь: воплощение женщины XXI века: джазовая вокалистка, музыковед, кандидат искусствоведения, директор продюсерского центра «Art Of Jazz Company» и просто красивая женщина Ольга Скепнер.

Когда я собиралась на встречу с ней, перечитала множество интервью, вспоминала ее голос и мысли, которые она озвучила во время пресс-конференции за пару часов до нашей встречи. Но, честно сказать, так и не смогла понять, кто она - Ольга Скепнер. Чем живет, чем дышит, о чем мечтает. Может, просто дать возможность ей высказаться и рассказать о том, что никто раньше не спрашивал, а очень хочется поведать всему миру?

Итак, монолог Ольги. Женщины, педагога, музыканта.

НЕЗАДАННЫЙ ВОПРОС

- О чем бы вы хотели услышать первый вопрос?

- Вопросов всегда много, и они - традиционны и поверхностны... Спрашивают о фестивале, но редко интересуются личностью каждого артиста. О чем бы я хотела услышать? Вопросы о музыке! Это важно. Для меня как для музыканта, и только во вторую очередь - менеджера. Музыка - абсолютнейшая моя жизнь. Когда фестиваль только зародился, я показывала и авангардные проекты, и симбиоз разных стилей. Моя мечта - чтобы на фестивале развивалась электронная джазовая музыка. И чтобы она была - все-таки сейчас XXI век! - с медиа-технологиями. Хочу, чтобы был медиа-фон, который также сотворен композитором или соавтором. Хочу, чтобы были показаны и новые, современные формы музыкального бытования. Эти формы очень хорошо распространены на европейских фестивалях, а у нас их нет совсем. Мне хочется показать их миру. Они есть, и они колоссальные, роскошные. Но для этого нужно специальное техническое и звуковое оборудование, а прежде всего - сам продукт. Электронный качественный продукт.

- А в Казани такого разве нет?

- К сожалению, пока нет. Однажды мы удивили всех! Я рискнула открыть фестиваль авангардным электронным проектом. Это было в 2010 году, на открытие фестиваля к нам приехал джазовый обозреватель, радио- и телеведущий, джазовый журналист Михаил Митропольский. Тогда приезжал композитор и саксофонист из Германии Влади Быстров. Он играл на EWI (Electronic Wind Instrument) - проще говоря, это электронный саксофон. Привез с собой целые чемоданы странных электронных инструментов, я даже названия не могу сказать. С нами был композитор, гитарист и один из лучших в Европе исполнителей Матиас Сороф, он играл на уникальнейшем иструменте - Chapman Stick (в отличие от гитары, где для извлечения одного звука используются обе руки, на стике возможно играть сразу партию баса, аккорды и мелодию. - Ред.). И в этом же проекте звучали колокола! Их специально привезли из монастыря. Они весили целую тонну, поставили на ступеньки над сценой, и на них играл звонарь - Дмитрий Панькин. Вот такими проектами я очень горжусь. Они во многом импровизационны.

ПУТЬ К МУЗЫКЕ

- В пять лет мама привела меня в музыкальную школу. Стало две школы, сильные нагрузки, и в шестом классе я собралась бросать. Хоть и училась на одни пятерки, но было тяжело. Все сделают уроки и идут гулять, а мне - в «музыкалку»... Но педагоги конкурсных детей не отпускают. Вызвали маму, нажаловались, отчитали. Меня сразу и навсегда поставили на место... Сейчас я очень им благодарна! Уже после музыкального училища и после филфака был еще один кризис - в консерватории. Кризис уже более зрелый. Будучи музыковедом, трудно быть еще и исполнителем: я перестала быть пианисткой, перестала заниматься оперным вокалом. И, наверно, не вполне понимала назначение профессии. Внутреннее самосожжение поглотило, но в итоге пришла к пониманию, что исполнители, артисты без нас, теоретиков, не могут полноценно научиться музыке, мы им помогаем это сделать. Пришло новое осознание профессии музыковеда: стала писать научные исследования, анализировать музыку - писать подвигло и образование на филфаке, и увлечение литературой.

И В ЖИЗНИ ПОЯВИЛСЯ ДЖАЗ...

- Он был и до этого. Но в 2000 году было прозрение. В 2003-м я окончательно вышла на сцену. Сразу на большую. Помню это ощущение. Меня, как кутенка, бросили сразу в океан, и пришлось плыть. Страшно было жутко - толпа огромная, сцена огромная, звук далеко, кажется, что я себя не слышу, голос искаженный. На сцене все по-другому.

Помню, что это был День Республики. На Площади Свободы перед Оперным театром ставили сцену. Пела я с примадонной - Настей Максимовой. Мы с ней сделали проект, играл наш коллектив под управлением Олега Анохина. Тогда мы с ним были женаты, он меня и вытащил на сцену. Твердил: «Ты не должна петь только на студии и в квартире, ты должна выйти, тебя должны услышать». Под его напором я вышла.

РУКИ РИХТЕРА

- Сейчас для меня сцена - это особое состояние. Когда ты там - возникает ощущение полета. Тем не менее, я всегда недовольна собой. Творческое волнение у меня бывает, разве что, в самых крупных проектах. Например, выйти на одну сцену с французским композитором и исполнителем Ришаром Гальяно - уже счастье. Думаешь не о публике, а об оценке твоего исполнения таким мэтром. Важно концентрироваться на сцене, не обращать внимание на волнение меня научили еще тогда, когда я исполняла на фортепиано: концерты Баха, музыку Шопена, Дебюсси, Шостаковича... Один из способов: ты должна представить себя, допустим, Святославом Рихтером, а также публику, которая тебя обожает. Я должна была представить руки Рихтера: свои руки видеть, как его. Вы не представляете, как играется в таком состоянии!

ДЕТЕЙ СВОИХ НЕ ВИЖУ

- Я не чураюсь людей, но их рядом со мной очень мало. Близких - единицы. С утра до вечера я нахожусь в атмосфере постоянного общения, много контактов, переговоров, людей. Это выматывает. Мой отдых - это побыть одной, плюс фильм, книга, музыка. Когда есть возможность улететь куда-нибудь, дней на 5 - сразу ей пользуюсь. Отдых вообще больная тема. С моим темпом работы, с загруженностью - детей своих я, например, летом уже лет 8 как не вижу толком.

- Было желание оставить все и вернуться к спокойной жизни?

- Дело в том, что общественный деятель, человек, который взял на себя такую ношу, он должен ее донести. Не делать этот фестиваль, или другой - это уже преступление. Иногда опускаются руки, кажется, что нет сил, но идешь и делаешь. А как иначе? Тебя ждут, тебе звонят, пишут, просят, если это нужно людям - нужно делать. Иначе что мы оставим после себя?

ХВАТИТ! ЗАЙМУСЬ СВОЕЙ КАРЬЕРОЙ

- Сапожник всегда ходит без сапог. Пора заняться и своими сапогами. Раньше я чем только не занималась, организовывала десятки джазовых концертов. У меня огромный объем работы: в консерватории, в специальной музыкальной школе при консерватории, руководитель своей компании. Не хочу больше делать концерты другим музыкантам, хватает фестиваля. Проекты в течение года будут связаны с моим творчеством. Большего мне уже не надо.

БЛИЦ

Любимый фильм:

Отечественный кинематограф: «Ностальгия» и «Андрей Рублев» Андрея Тарковского. Из последних - фильмы Андрея Звягинцева.

Зарубежное кино: у меня есть все собрание Федерико Феллини и Ингмара Бергмана. Очень люблю французские фильмы: Франсуа Озона и Кристофа Оноре.

Книги:

«Волхв» Джона Фаулза, «Невыносимая легкость бытия» Милана Кундера, все творчество Достоевского и Набокова. Очень люблю Умберто Эко и Борхеса.

Певцы:

Рашель Феррелл, Дайана Ривз, Бобби Макферрин, Стинг.

Исполнители:

Пианисты Херби Хэнкок, Брэд Мелдау, Эсбьорн Свенссон. Басисты: Авишаи Коэн, Дэйв Холланд. Трубач Майлз Дэвис.

Любимая страна:

Италия.

Любимая цитата:

«Счастье - это жажда повторения» (Милан Кундера).

ИСТОЧНИК KP.RU

Понравился материал?

Подпишитесь на ежедневную рассылку, чтобы не пропустить интересные материалы:

Нажимая кнопку «подписаться», вы даете свое согласие на обработку, хранение и распространение персональных данных